http://basdv.ru/

Дмитрий Голланд: «Лучшая музыка – это тишина»

Любой спектакль или фильм имеет музыкальное сопровождение. Любая телевизионная передача – это не только картинка, но и звук. Музыка окружает нас повсюду. Но откуда она, кем написана, знают единицы. В том числе известный хабаровский композитор Дмитрий Голланд, автор музыки к сотне спектаклей, пяти документальным фильмам, рекламе и множеству музыкальных заставок. Дмитрий рассказал нам, что такое быть композитором и как строится творческий мостик между композитором и режиссером.


Дмитрий, знаю, что вы гордитесь своим образованием, считаете, что получили хорошую базу, которая в дальнейшем позволила вам успешно работать. Где вы учились?

Я родился в Магадане. Моя мама была пианисткой. Дома у нас стоял инструмент, но на нем практически не играли: маме хватало музыки на работе. Я тоже долгое время был равнодушен к этому виду искусства, увлекся музыкой уже в подростковом возрасте, наслушавшись «Битлз» и «Дип Перпл». Мне, как и многим моим ровесникам, сразу захотелось стать музыкантом. Я поступил в музыкальную школу по классу ударных инструментов. Окончив школу, пошел в музыкальное училище, куда меня не хотели принимать по причине отсутствия музыкальных данных. Преподаватели не обнаружили у меня ни слуха, ни голоса. Меня взяли не студентом, а кандидатом в студенты, причем на инструмент, на который никто не хотел идти – тромбон. Год я проучился кандидатом, был очень старательным и упорным, и в конце года меня зачислили в студенты. Голос и слух тоже наработались, и училище я закончил с отличными отметками.

Как вы очутились в Хабаровске?

Приехал после училища. Собрал рок-группу, скромно назвал ее «Голландия». К сожалению, тогда еще не было ни рок-фестивалей, ни рок-концертов, поэтому мы просто играли на дискотеках и в ресторанах. Я был клавишником, вокалистом и тогда уже начал писать свою собственную музыку. Выступали мы неплохо, обзавелись своими почитателями. «Голландия» участвовала в двух самых первых рок-фестивалях. К сожалению, видеозаписей того времени не сохранилось, хотя они были. Дело в том, что в 90-е годы хабаровский рок-клуб был ограблен и все видеокассеты пропали. С того периода у меня осталась лишь одна запись к документальному фильму, снятому на хабаровской студии кинохроники. Но там нехарактерная для «Голландии» музыка - она умная, интеллектуальная, а мы были бунтарями.

Как рокер-бунтарь превратился в театрального композитора?

В то время для музыкантов такого плана работы практически не было, только дискотеки и рестораны. Поэтому, когда при краевой филармонии организовали профессиональную музыкальную студию, я пошел туда аранжировщиком. Студия «Нью-микс» хорошо известна в Хабаровске. На ней записывались и симфонические оркестры, и хоры, рок- и поп-группы. Именно тогда в окружении большого количества разноплановой музыки я впитал все эти жанры, что потом и позволило мне писать музыку для театральных постановок.

Моим проводником в мир театра стал замечательный хабаровский композитор Александр Новиков. Он пришел на студию по своим делам, там мы и познакомились. В процессе работы он неожиданно спросил: «Ты случайно сам музыку не пишешь?» «Пишу, у меня своя рок-группа», - ответил я. Новиков попросил у меня чего-нибудь послушать, а потом сказал: «Слушай, старик, но это у тебя совсем не рок-музыка. Это ведь театральная музыка!» Он практически взял меня за шиворот и привел в Театр юного зрителя со словами: «Этот парень будет писать музыку к следующему спектаклю».

Какой это был спектакль?

Детский мюзикл «Маленькая Баба-яга», там было 10 таких шкодных песен. Я написал их в стиле рока, что соответствовало главному персонажу. И это было свежо и интересно. Музыка понравилась режиссеру, спектакль – зрителям. Так я стал театральным композитором. Меня давно привлекал театр «Триада». По стилю и форме я считал его именно тем коллективом, с которым хотелось что-то пробовать, искать, экспериментировать. Еще во время работы в «Нью-миксе» я через друзей постоянно подсовывал свои сочинения художественному руководителю «Триады» Вадиму Гоголькову, надеялся, что он что-нибудь возьмет. Но ему принципиально не нравилось все, что я писал, и Вадим отказывался со мной сотрудничать.

Как же все-таки возник ваш творческий союз?

Нас свела судьба. «Маленькую Бабу-ягу» ставил режиссер Ян Панджариди. К сожалению, он не успел закончить работу по причине ухода из жизни. Спектакль был почти готов, его надо было выпускать, и заканчивать постановку пригласили Вадима Гоголькова. Волей-неволей нам пришлось поработать вместе.

Вторая наша встреча состоялась на премьере того самого документального фильма, о котором я говорил выше: музыку к фильму исполнила «Голландия». А Гогольков сыграл единственную актерскую роль – клоуна. Он посмотрел фильм, который шел целый час, музыки там много, послушал и после премьеры подошел ко мне: «Ладно, вот тебе спектакль «Страсть» по произведению Пушкина «Пиковая дама». Работай».

Я от счастья 10 ночей не выходил из студии, искал музыкальный эквивалент пушкинской «Страсти». То и дело что-то переписывал, что-то уходило в корзину, но когда я принес материал Гоголькову, ему понравилось, и он меня признал. С тех пор мы сотрудничаем. Вадим Гогольков, как никто, понимает, что музыка в спектакле - не просто украшение. Она может придать постановке нужный смысл, усилить эмоциональное впечатление, возвысить. Бывает, что спектакль давным-давно сошел с подмостков, никто его не помнит, а музыкальные номера из него, песни, романсы звучат на всевозможных конкурсах и фестивалях как самостоятельные произведения.

Но вы пишете не только для «Триады», это так?

Да. Но это специфика работы. Композитор физически не может быть привязан к одному театру. Сколько новых постановок выпускает в год один коллектив? Одну-две. А я пишу для 5-6 постановок, причем не только хабаровских. У меня проходят премьеры в Уссурийске, Благовещенске, Ярославле, Тамбове, Северске и других городах. С появлением Интернета и скайпа границы сотрудничества значительно расширились. Я получаю материал, разговариваю с режиссером и отправляю ему выполненную работу. Но большинство моих работ, безусловно, связаны с хабаровскими театрами. Двадцать лет я отдал ТЮЗу. В 2000 году там вышла моя рок-опера «Конёк-Горбунок» по мотивам сказки Петра Ершова. Она с успехом шла 10 лет, получила премию администрации края в области театрального искусства.

Сейчас я с большим удовольствием работаю с краевым музыкальным театром. Там пришло новое поколение молодых артистов. Они прекрасно поют. Причем не только в классической манере, но и в современной, эстрадной, роковой. Писать для них мюзиклы – одно удовольствие. За этот год я написал для них три мюзикла: «Кот в сапогах», «Приключения Герды в Снежном королевстве» и последнее - «Как подружились Тимур и Амур» - история, известная на всю страну.

А любимую рок-музыку совсем оставили?

Нет, конечно, не совсем. Но сегодня рок – это один из музыкальных приемов, который я использую в работе. Самого себя хвалить неудобно, поэтому просто приведу пример. Как-то раз на ежегодный театральный фестиваль в Хабаровск приехали эксперты из столицы. И одна женщина из московского музыкального театра сказала: «У вас в Хабаровске есть уникальный композитор. Он с легкостью пишет в разных жанрах: хотите в джазе, хотите в классике или фолке. Вашему городу повезло, он один работает за десяток московских композиторов». Всему этому я научился у Александра Новикова и на студии «Нью-микс». Рок мне здорово помогает, особенно, когда я пишу музыку для отрицательных персонажей. Все злодеи у меня «рокеры».

Несмотря на ваши заслуги и признание, в Союз композиторов вас приняли лишь в 2012 году. Почему?

Да, с Союзом композиторов долгое время у меня были странные отношения. Дело в том, что по их правилам членом Союза композиторов, то есть профессионалом, может быть лишь тот, кто окончил консерваторию, композиторский факультет. С этой точки зрения я – любитель, хотя сам профессионалом считаю того, кто блестяще делает свою работу. И судить об этом легче всего зрителю.

Помню, коллеги мне советовали: «Закончи заочно консерваторию и будешь дипломированным композитором, вступишь в Союз». Но учиться просто ради диплома я не хотел. К тому же у меня семья, дети. Их нужно обеспечивать, а заказов у меня всегда было предостаточно - отсутствие консерваторского диплома никак на этом не сказывалось. Словом, я не собирался вступать в Союз, но помог случай.

На один из музыкальных фестивалей в Хабаровск приехал композитор Владислав Казенин, автор музыки ко многим спектаклям, фильмам и мультфильмам. Одна из самых известных его работ – фильм «Здравствуйте, я ваша тетя!». Я тоже участвовал в работе этого фестиваля. А Казенин - председатель Союза композиторов, поэтому неудивительно, что пока он был в Хабаровске, ему приносили свои произведения все, кто считает себя композитором. Я единственный, кто не показал ему ни одной своей ноты. Но когда он уезжал, сказал: «В Министерстве культуры мне все уши прожужжали, что у тебя с Союзом проблемы». «У меня с Союзом проблем нет, мне и без него хорошо», - ответил я. Но Казенин все равно попросил прислать свою музыку, а через некоторое время я получил известие, что принят в Союз композиторов РФ. Как бы то ни было, официальное признание тебя профессионалом, конечно, приятно. Я думаю, что в моем случае сыграла удаленность Хабаровска. В Союзе, вероятно, решили: «Ладно, пусть в Хабаровске будет один, все равно он никому не мешает…»

Все верно, конкуренции у вас немного…

Конкуренция есть, все-таки я не единственный композитор в Хабаровске. Но самый главный конкурент для себя – это я сам. Я не могу позволить себе написать музыку к спектаклю хуже, чем я это сделал к предыдущему. Да, в городе меня знают, и я должен соответствовать своему уровню. В нашем деле одна-две неудачи - и тебя просто спишут. Поэтому я каждый раз должен удивлять режиссера новыми находками, новыми открытиями. И я это делаю вот уже 30 лет. Для того чтобы быть способным каждый раз совершать новый мозговой штурм, я должен давать мозгу пищу. По этой причине у меня много увлечений: я интересуюсь историей музыки и живописи, у меня есть небольшая коллекция репродукций любимых картин. Еще я уже лет 10 с небольшим с успехом изучаю иностранные языки: английский, итальянский и французский. Я с удовольствием вожусь со своими любимыми животными: таксой Шпилькой и кошкой Ютой. Видимо, в детстве я не наигрался в солдатики, поэтому сейчас увлекаюсь стендовой миниатюрой – создаю сцены военных баталий. Еще недавно у меня было множество аквариумов, 45 лет посвятил наблюдению за безмолвным водным миром и его обитателями. Очень хорошо успокаивает, помогает отдыхать. Сейчас музыка – это моя работа, а отдыхать я предпочитаю в тишине. Когда меня спрашивают, какую музыку я люблю сам лично, отвечаю, что лучшая музыка – это тишина.

Елена Козыряцкая
Фотографии Анны Асачевой


Владилен Подвизной: «Человек не может обойтись без уюта»

Шаманские бубны Ольги Бельды

Сад на ладошке

Поделиться в соцсетях:
Комментарии
Пока пусто. Оставьте свой комментарий.