№10 '2018
Архив номеров
Дневник модели

Гимназистки румяные...

Еще не начала желтеть листва и небо не набрало холодной глубокой синевы, но и без календаря было ясно – наступила осень. Этот факт выдавала точная примета. Главная улица города вдруг в одночасье покрывалась «осенними цветами» – гимназистками в белых нарядных фартуках, форменных красных и коричневых платьях, с приколотыми к плечам яркими бантами. Их оживленные стайки порхали у витрин магазинов, входов в кондитерские и кинотеатры – гранд-иллюзионы. Но наиболее многочисленными они становились у ступеней своих альма-матер – двух женских гимназий, действовавших в Хабаровске на рубеже ХIХ и ХХ веков.

Куда пойти учиться?

Система образования в Российской империи довольно сильно отличалась от сегодняшней. Учебные заведения, которые мы бы сейчас назвали школами, тогда делились на четыре основных типа. Среди них были приходские училища – самая низшая ступень, туда принимались и мальчики, и девочки. Срок обучения в них во второй половине ХIХ века составлял 3–4 года. В течение этих лет дети учились читать, писать, считать и получали религиозное воспитание. Посещение приходских училищ было бесплатным, а содержались они за счет церковных, общественных и благотворительных организаций. Так что получить азы знаний мог любой желающий.


На следующей ступени находились реальные училища – их можно назвать прототипами современных общеобразовательных школ. Их курс обучения составлял 5–6 лет, и, помимо общих предметов, там изучались точные и естественные науки. Принимались туда исключительно мальчики, и за обучение полагалось платить.


Следом шли прогимназии с 6‑летним курсом обучения и расширенной программой обучения. И, наконец, высшую ступень по престижности и объему получаемых знаний занимали гимназии. Обучаться в них сначала могли только мальчики, но с 1870 года такое право появилось и у девочек. Однако обучение в любом случае оставалось раздельным. Срок обучения составлял семь лет, но в некоторых гимназиях добавлялся необязательный восьмой класс, дающий начальное профессиональное образование.
После окончания гимназии можно было продолжить обучение в университете. С 1896 года это было официально разрешено и девушкам.


В результате глобальной реформы системы просвещения, прошедшей в середине ХIХ века, посещать все виды школ могли дети всех сословий. За исключением приходских училищ, обучение оставалось платным, однако парты в хабаровских классах никогда не пустовали.
Незадолго до революции в городе, основанном лишь полвека назад и имеющем всего около 50 тысяч жителей, насчитывалось более двадцати «школ». И каких! Среди них, не считая церковно-приходских и частных учебных заведений, имелись и престижный военный кадетский корпус, и реальное и коммерческое училища, и гимназии. Почти все они возникли не по указанию свыше, а на средства и по инициативе добровольцев, поддержанной местными властями, которые отводили землю и назначали пособия. Именно так появились на свет обе официальные женские гимназии.

Красный…

Городская женская Алексеевская гимназия, ученицы которой добавляли красок осеннему пейзажу своими красными форменными платьями, была самым первым в Хабаровске учебным заведением. Правда, тогда, в 1873 году, она являлась всего лишь одноклассным смешанным училищем, порог которого в первый учебный год переступили всего десять мальчиков. Зато там их ждали двое учителей, вооруженных большим энтузиазмом. Ведь 15 лет с момента своего основания будущий Хабаровск провел вообще без школы!

Лишь священник при Иннокентьевском храме на современном Уссурийском бульваре учил маленьких хабаровчан в свободное время читать и писать. И вряд ли бы что-то изменилось, если бы купец Илиодор Рафаилов не предложил свои услуги по организации школы, его «коллега» Василий Плюснин не отдал один из своих домов, а Михаил Чардымов – не выделил личные средства на ежегодное содержание в размере 800 рублей. Один из кузнецов в ответ подарил школе особенный громогласный колокольчик. Он долгие годы «служил» еще и городскими часами, в 9 часов сообщая о начале занятий, а в 12 – об их окончании. В период между колокольным звоном дети, которых с каждым годом становилось все больше, изучали Закон Божий, чтение, письмо и счет. В 1875 году училище стало называться Алексеевским – в честь великого князя Алексея Романова. Учебных заведений тем временем становилось все больше, и встал вопрос не только о количестве, но и об их качестве и разносторонности. Начались преобразования, и в 1889 году училище стало двуклассным женским, а спустя 20 лет – прогимназией. Ее начальницей стала жена офицера Наталья Чернявская, которая к этому времени уже долго преподавала в школе и пользовалась симпатией не только у своих учеников, но и у горожан в целом. Кроме гимназисток, она преподавала у учениц Иннокентьевского приходского училища и даже была одно время по совместительству его попечительницей. По ее инициативе ученицы, помимо стандартных предметов, стали изучать кройку и шитье, чтобы получить еще и практические навыки, полезные в дальнейшей жизни.

В 1910 году Алексеевская прогимназия получила новое здание на улице Хабаровской (ул. Дзержинского, 48). Но спустя пять лет учебное заведение «подросло» до статуса гимназии, и небольшой одноэтажный каменный дом стал тесен. По этой причине в ближайшие годы он обзавелся вторым этажом.
После революции учебное заведение продолжило работать – теперь уже под названием «женская гимназия № 2», здание сохранилось и до наших дней.

…и коричневый

Классическая женская гимназия, чьим цветом стал коричневый, а форменную одежду унаследовали советские школы, открылась в 1894 году. Сначала она заняла просторное новое деревянное здание на углу улицы Протодьяконской (Фрунзе) – на этом участке сейчас находится главпочтамт. Но потом за счет пристроек территория школы разрослась до соседней Барабашевской (Запарина), а для главного учебного корпуса в 1899 выстроили новое отдельное двухэтажное здание из красного кирпича. Там, прямо в цокольном этаже, находилась и квартира начальницы гимназии.


Однако в начале века и это здание стало тесным – у него появились две пристройки, в том числе и для интерната. Часть одного из корпусов цела и сегодня: ее можно увидеть со стороны улицы Запарина.
Прежде чем стать элитной гимназией, это учебное заведение несколько лет проработало «волонтером». В 1890 году оно называлось бесплатной женской школой и существовало за счет средств и энтузиазма полковника Александра Майера и его родственницы. В первый же год они набрали 14 учениц в возрасте от 7 до 13 лет, которых обучали практически самостоятельно географии, арифметике, русскому и французскому языкам. Но потом инициаторы покинули Хабаровск, и школа оказалась на грани закрытия. Однако местные власти взяли ее «на поруки», назначив заведующей Елизавету Рамзайцеву – в прошлом частную учительницу. В течение года в школе обучались 30 учениц. За каждую из них родители платили около 60 рублей в год, и эти средства шли на нужды школы.


И уже в следующем году эти девочки стали первыми ученицами классической гимназии, в которую преобразовалась бесплатная школа. Еще несколько лет спустя гимназия перешла в ведение Министерства народного просвещения, и ее стали называть министерской.


Учиться в престижном заведении, несмотря на возросшую до 90 рублей в год плату, хотели не только местные, но и иногородние. Для них при гимназии открылся интернат – сначала на 35 мест, затем на 60, а потом и на 100. В каждой комнате располагались две или три ученицы, а одно место стоило 440 рублей в год. Однако дочери жителей, оказавших городу весомую помощь, и сироты офицеров содержались в пансионе бесплатно. Содержание за счет казны могло быть позволено также многодетным и малоимущим, если они подавали об этом прошение генерал-губернатору.


В 1900 году министерская гимназия торжественно выпустила в большой мир своих первых учениц. Их оказалось всего четыре, и две из них получили золотые медали. Всего же в этот год в стенах гимназии обучались 183 девушки – к 1913 году эта цифра вырастет до 429.
В 1906 году в хабаровской классической гимназии появился профильный педагогический восьмой класс – его посещение не входило в обязательную программу. Однако, окончив его, вчерашние гимназистки сами могли попробовать себя в роли строгих учительниц.


В общем-то, обе гимназии пользовались хорошей репутацией в городе и давали примерно одинаковый уровень знаний. Однако в Алексеевской царили более прогрессивные настроения, министерская же отличалась большим консерватизмом.


Кроме красной и коричневой форм, носили ученицы и другие одежды – те, которые обучались в женских частных прогимназиях, в которых не было особого дресс-кода. В 1910 году появилось сразу два вполне успешных учебных заведения. На улице Хабаровской (Дзержинского) открыла храм науки Олимпия Около-Кулак, спустя три года у нее обучались уже 89 детей. А на Яковицкой (Шеронова) сеяла доброе и вечное некая госпожа Гордиенко, бравшая за обучение, судя по сохранившимся объявлениям тех лет, 100 рублей в год.

Непристойный поклон

Не только гимназистки легко узнавались в толпе по цвету, но и их учителя. Как и ученицы, они носили аккуратные прически и строгую форму: в классической гимназии – синего цвета. Учителям и за пределами класса нужно было постоянно блюсти «честь мундира». А как иначе? Ведь бытовали негласные правила. Для учеников – не выносить сор из избы: происходившее в гимназии не должно становиться достоянием общественности. Для их родителей – не обсуждать публично и не критиковать преподавателей. Но и сами учителя должны были держать высокую планку: недостойное поведение быстро поставило бы на их карьере крест.


Часто молодые учительницы приезжали в Хабаровск к мужьям и оставались здесь, устроившись на работу. Но нередко встречались и такие, которые приезжали на Дальний Восток специально, искренне желая просвещать несведущих. Были и те, кто рассчитывал устроить личную жизнь. И лишь немногих интересовала материальная сторона, хотя профессия учителя довольно хорошо оплачивалась. В то время, когда рабочий получал около 25 рублей в месяц, учитель гимназии – 80.


Урок в гимназии обычно начинался около 9 часов с ежедневной молитвы. После нее ученицы расходились по классам, где, кроме учительницы, обычно присутствовала и воспитательница – она помогала следить за порядком. В течение следующих полутора часов, до перерыва, гимназистки изучали историю и естествознание, географию и геометрию, физику и арифметику, словесность и Закон Божий, русский и французский языки, рисовали и музицировали, занимались чистописанием и рукоделием. Пристальное внимание уделялось этикету. На уроках хороших манер будущих светских львиц обучали приветствовать знакомых правильными кивками и поклонами. Девушки изучали и искусство реверанса, не забывая при этом, что сделать его на улице – верх неприличия. Ниже упасть в глазах общества можно было, только указав на что-то мизинцем. Улыбаться следовало кончиками губ: громкий смех, да и вообще любой звук или шум считался признаком бескультурья. Дама могла прослыть непристойной, если подолгу стояла у окна или отправлялась на прогулку в одиночестве. За обеденным столом не рекомендовалось пользоваться носовым платком. Девушкам, подросткам и детям не следовало первым подавать руку для пожатия, приветствуя взрослых, нельзя было и задавать им вопросы, и уж особенно – интересоваться возрастом.
Ходить нужно было степенно, не слишком медленно и не быстро, ни в коем случае не оглядываться. Неприличным выглядело и разглядывание витрин – то самое правило этикета, которое часто и с удовольствием нарушали почти все гимназистки.
Заканчивался учебный день так же, как и начинался – молитвой, около 12–13 часов.

Муштра и зубрежка

«Школа муштры, школа зубрежки» – отзывался о гимназиях на рубеже веков будущий лидер революции Владимир Ульянов‑Ленин. Во многом это действительно было так. Большинство предметов, особенно в начальных классах, действительно нужно было заучивать наизусть, не обязательно вдаваясь в смысл. Но в старшей школе уже полагалось не только без запинки озвучивать длинные тексты и своды правил, но и применять изученное на практике. Спрашивали на экзаменах очень строго. Даже системы хитрых подсказок и шпаргалок не помогли бы перейти в следующий класс тому, кто не освоил 15 способов применения упраздненной после 1917 года буквы «ять» или же разницу в случаях написания «и» и «i». Или же не научился демонстрировать свои познания красивым каллиграфическим почерком. Его выработке уделялось особое внимание, а ведь задача была не из легких. Шариковых ручек еще не существовало, писали металлическими перьями, которые обмакивали в чернила, а потом написанное промокали специальным листом тонкой бумаги – «промокашкой».


Не обходилось и без наказаний. Но их телесные виды в то время уже не применялись, их отменили еще в 1864 году. Так что провинившиеся гимназистки чаще всего оставались в классе после уроков. В качестве искупления им обычно требовалось многократно написать в тетради признание своей вины или же любой другой текст на усмотрение учителя. Совершившие особенно злостное «преступление» против порядка подвергались более строгому наказанию, которое считалось очень унизительным. Их ставили в угол класса, где им приходилось стоять на протяжении всего урока.


Однако страх подвергнуться карам не останавливал гимназисток в мелких забавах, которые преследовались учителями. Несмотря на все запреты, девушки читали «запрещенную литературу» – женские любовные романы. Это увлечение в то время было сродни сегодняшней зависимости подростков от компьютерных игр. Тайком от родителей гимназистка могла всю ночь читать роман крайне популярной в то время Лидии Чарской. А утром, не выспавшись, прийти в школу и продолжить это занятие украдкой где-нибудь на задней парте.
Кроме того гимназистки, совсем как их ровесники – мальчики из реальных училищ, играли в азартные игры. Но чаще не в карты, что считалось совсем уж вопиющим нарушением всех устоев, а в картинки. Этот вид игры был распространен в школах по всей России. Переводные картинки от промокашек бросались друг на друга, и тот игрок, чей бросок оказался более метким, в итоге забирал себе все.


А еще гимназистки любили гадания на будущее – этому увлечению обычно предавались в стенах пансионата, укрывшись от внимательных глаз воспитательниц. Арсенал средств для выведывания судьбы был просто огромен – начиная все с тех же игральных карт и заканчивая растапливанием воска и даже созданием коридора зеркал. Это гадание считалось самым жутким.


И, конечно же, без участия гимназисток не обходился ни один городской праздник. Веселые, живые и остроумные ученицы украшали собой и оживляли любое мероприятие.


Юлия Михалева.
Благодарим за помощь в создании материала ученого секретаря
Приамурского географического общества Александра Филонова.

Поделиться в соцсетях:
Комментарии
07.05.2017 23:34
Маруся
Спасибо. Желательно было бы прочесть более точную информацию, например, не "храм науки", а конкретно - школа или гимназия, больше фактического материала о владельцах, учителях и учениках. Понятно, что авторы работали не в архивах, а в лучшем случае со старыми газетами, но и на том спасибо.
Ответить