МИССИЯ ВЛАДИМИРА БУДНИКОВА и ДЖЮНА ТАНИМОТО

Русско–японскому творческому союзу токийского скрипача Джюна Танимото и хабаровского пианиста Владимира Будникова – 15 лет. Миссия музыкантов не только в том, что они пропагандируют новые композиторские имена. Они возвращают в Россию ее драгоценное наследие, музыку русских композиторов – эмигрантов: недооцененного гения русской музыки Метнера, тонкого лирика Гречанинова, практически неизвестное ни профессионалам, ни любителям имя Иосифа Ахрона. Для Будникова и Танимото открыты двери самых престижных залов Страны восходящего солнца, а в Токийских студиях звукозаписи записаны уже три диска, которые, увы, можно купить лишь в Японии и США. И, наконец, последним их достижением явился большой гастрольный тур по России, включающий такие города, как Москва, Новосибирск и Хабаровск.

СКРИЖАЛИ СУДЬБЫ

Несколько десятилетий назад четырехлетний Джюн взял в руки скрипку. Наверное, не последнюю роль в этом сыграл музыкальный институт, который был виден из окон его дома. Музыка, которая там звучала, завораживала юного скрипача. Он на интуитивном уровне понял, что скрипка – это его судьба.

Несколько десятилетий назад двенадцатилетний Владимир, осознав, что рояль – его призвание, пошел в музыкальную школу и записал себя туда сам.

Позже оба музыканта, уже учась в консерватории, попали в первоклассные руки профессуры. Джюн учился в Токио и Москве, Владимир – в Новосибирске и Нижнем Новгороде. Эдуард Грач, Исер Слоним, носители московской и ленинградской школ, создали из них высококлассных исполнителей. Но японский скрипач и русский пианист не подозревали о точке пересечения, которая случилась в Токио в 2001 году и стала судьбоносной в их творческой судьбе. Джюн, услышав игру Владимира, ощутил «узнавание», идентичность собственных качеств исполнительской манеры: глубину и серьезность, умение быть убедительным в самом сложном материале. Он познакомился с пианистом и предложил сотрудничество.

Вначале все было традиционно. Они играли и в Японии, и в России золотую русскую классику, но потом обоим музыкантам стало тесно в традиционных рамках, и они избрали стезю «первопроходцев», вынося на суд публики сочинения, которые не играл еще никто, нигде и никогда. Два слова – «впервые в мире» – стали ключом к их творчеству. Согласитесь, в этом есть своя магия: сыграть – впервые в мире! Записать – впервые в мире! Их выбор пал на русских композиторов-эмигрантов: Метнера, Гречанинова, Ахрона. Два последних имени были представлены в программе гастрольного тура.

ИОСИФ АХРОН

Центром гастрольной программы стала Вторая соната Иосифа Ахрона, истинный слепок страшного времени 1917–1918 годов. Она является правдивейшим документом этого краха всего и вся для России. Интересна судьба композитора. С детства он был чудо-ребенком, скрипачом-вундеркиндом, позже начал заниматься композицией. Его юность пришлась на трагическую для России годину. Позже он уедет в Израиль, а закончит свой жизненный и творческий путь в США. Его обширное творческое наследие еще предстоит открыть исполнителям. Но вернемся непосредственно ко Второй сонате композитора, которая была центром этой гастрольной программы. «Соната виделась нам так – рассказывает Владимир Будников. – Первая часть – смутные проявления духовной катастрофы, отчаянная борьба с опускающимся на Россию злом. Вторая часть – Иерихонская труба архангела возвещает о конце света. Человек погибает. Третья – саркастическая насмешка над человеческой беспомощностью. И завершающая четвертая часть – Портрет зла. Образы изощренно разнообразны».

Наслаждаясь неповторимым звучанием, льющимся со сцены, невольно поражаешься, что за удивительное искусство – музыка?! Единственное иррациональное из искусств, позволяющее заглянуть в прошлое и ощутить атмосферу того времени без лжи и пафоса. Не менее интересный феномен представляет и фамилия композитора – с греческим корнем «хрон» и отрицательной частицей «а», что трактуется под стать сонате как «безвременье»…

В наше время, к сожалению, даже маститые музыканты нередко выбирают пути наименьшего сопротивления, играя популярное и узнаваемое, а скрипачи впадают в показушную виртуозность. Но у этих двоих иная, высокая миссия, которую можно назвать русским ренессансом. Музыканты делают то, что не всегда удается политикам: способствуют укреплению российско–японских отношений на самом высоком уровне – духовном, доказывая, что у музыки, в отличие от политики, нет границ.

Марина Цветникова
Фото В. Д. Яковлева


Измерение Марка Шавинера

На «Новой волне»

Вы поедете на бал?

Поделиться в соцсетях:
Комментарии
Пока пусто. Оставьте свой комментарий.